Домой

Возвращались мы в Лонгйирбюэн тем же маршрутом. На реках больше не застревали, а немного освоившись, даже соревновались, кто поднимет больше брызг. Наш гид все время смотрел на часы и пугал, что если мы вовремя не вернется, то на вертолете прилетит Сиссельманен, великий и ужасный, и нас всех спасет. Вечером я действительно видел красно-белый вертолет Сиссельманена, делавший полицейский разворот прямо над гостиницей на предельно низкой высоте. Отчаянный парень.

Вообще-то губернатор Шпицбергена выполняет роль скорее спасателя МЧС, чем руководителя региона. Кроме спасения туристов и местных жителей в его юрисдикции находятся расследования аварий снегоходов, экологические проблемы и попытки выкурить со Шпицбергена русских путем организации заповедников везде, где еще можно добывать уголь.

Кстати, по-норвежски архипелаг называется «Svalbard» — холодный берег. Шпицберген — это только один из островов. Но по-русски и на других европейских языках словом Spitsbergen (старое голландское название, ознвчающее «острые горы») обозначают все острова архипелага.

Увы, за два дня я мне не удалось увидеть белых медведей — на Шпицбергене их более 6000, но весной они вместе со льдами отходят на север. Однако именно они — настоящие хозяева Шпицбергена.

Охота на белых медведей запрещена, но в то же время запрещено и выходить за пределы населенного пункта без крупнокалиберного оружия, хотя бы у одного из группы. В Лонгйирбюэне везде развешаны постеры с мишками и надписью на норвежском и английском — «Он нападает без предупреждения».

Взять ружье напрокат можно в спортивном магазине. Для этого не надо иметь лицензию, вам только порекомендуют пристрелять его в тире. В Лонгйирбюэне явно пользуются популярностью не ружья, а большие крупнокалиберные револьверы. Часто можно увидеть человека с кобурой, хотя ношение заряженного оружия в населенном пункте запрещено.

Вечером я направился поужинать в «Дом» (Huset) — местный центр развлечений, с кинотеатром, рестораном и дискотекой. Стейк из китового мяса был очень сочным и вкусным, хотя рыбный привкус все-таки чувствовался.

В четыре утра я был уже в аэропорту — пора домой. Уезжать было не жалко. Я знал, что ОБЯЗАТЕЛЬНО вернусь.

Увидимся, Арктика ;-)